Как изменялись идеалы женской красоты

Как ни странно, но мы можем судить об идеале женской красоты уже начиная с каменного века. В прошлом столетии в Австрии была обнаружена маленькая фигурка из гранита, насчитывающая более 20 тысяч лет. Ее назвали «Венера из Виллендорфа». Выглядела эта «Венера» примечательно: крупный бюст, огромный отвисший живот, толстые руки и плечи. Это свидетельствует лишь об одном: на заре человечества ценилось то, что было функционально. Самыми красивыми считались женщины, которые способны были родить и выкормить много детей.

Оправдание для куртизанки

Совсем по-другому обстояло дело в античные времена. Тогда был настоящий культ красоты. Идеалом было гармонично сложенное тело, плавные линии груди, выраженная талия и широкие округлые бедра. Скульпторы того времени ваяли только такие фигуры. Например, пропорции знаменитой Венеры Милосской – 86-69-93 при росте 164 см.

Похожа на нее и Афродита Книдская работы Праксителя, который первым осмелился изваять обнаженное женское тело. Оно до сих пор ценится как эталон античной красоты. Интересно заметить, что натурщицу Праксителя, куртизанку Фрину, однажды привлекли к суду за порочное поведение. Судьи признали, что столь совершенное тело не может быть вместилищем грешной души. И Фрина была отпущена.

Дама для трубадура

В X-XII веке в Европе сформировался свой идеал красоты. Трубадуры прославляли хрупких, белокожих дам, беззащитных и беспомощных на вид. В моду вошла продолговатость, причем во всем, начиная от высокого роста и заканчивая высоким лбом. Чтобы максимально открыть его, дамы сбривали часть волос, обрамлявших лицо. Для того чтобы шея казалась более длинной и тонкой, брился затылок. Ценились тонкие руки, длинные пальцы и длинные ноги.

На этом фоне парадоксально выглядело только одно: стандарт красоты подразумевал округлый, достаточно большой живот. Те, кого природа наградила плоским животом, тоже нашли выход из положения. Под платье подкладывали специальный валик, имитирующий увеличенный живот.

Безбровая Европа

В Средневековой Европе царили жесткие порядки, установленные католической церковью. Физическая красота считалась греховной. Поэтому женщины носили платья, почти полностью скрывающие фигуру.

Но даже в те непростые времена существовал свой стандарт красоты. Им была достаточно гармонично сложенная женщина, не худая, но и не полная. Больше всего ценилась миниатюрность. Маленьким должно было быть все – рост, кисти рук, ступни, грудь.

Еще более ценилась вера в Бога и покорность мужу. Многие исследователи считают, что именно поэтому в те времена начали брить брови. Это сразу же придавало лицу отсутствующее, спокойное и кроткое выражение.

Пышное Возрождение

Вслед за строгими временами пришло Возрождение. Начали цениться пышные телеса, которые изображал на своих картинах Рубенс. Особыми достоинствами считались полные руки, широкие бедра и пышная грудь. Плавные изгибы тела подчеркивались как только можно – и особым покроем платья, и глубоким декольте, и короткими рукавами.

Не считалось зазорным иметь и достаточно стройную фигуру. Главное – чтобы она была пропорциональной и гармоничной. А вот худышек не жаловали.

Кукольная красота

В конце XVI века в Италии зародился стиль барокко, который в XVII веке захватил практически всю Европу. В моду вошла роскошь, вычурность и манерность. Настало время так называемой кукольной красоты.

Женщины должны были напоминать хрупкие статуэтки. Эталоном привлекательности стала нереально тонкая талия, маленькая головка на длинной «лебединой» шее, покатые плечи и маленькая грудь.

Под стать этой моде были и платья. Дамы начали носить корсеты на шнуровке, а юбки – на кринолинах, которые визуально расширяли линию бедер.

Некоторые морили себя голодом, потому что постоянное недоедание придавало лицу благородную бледность. Но чаще всего эта бледность получалась с помощью белил. Очень щедро использовалась пудра, которая наносилась практически на все – и на парики, и на одежду, и на тело, которое не мылось месяцами.

Последнее не должно вызывать удивления: в то время гигиенические процедуры были не в почете. Ванна принималась исключительно редко – иногда раз в год или полгода. Волосы тоже не мылись – размножившиеся насекомые вычесывались оттуда специальными гребнями. Так что хрупкая барышня, одетая в роскошное платье, на самом деле являла собой достаточно непривлекательное зрелище.

Этот безумный ХХ век

Наступил XX век – пора эмансипации. Женщины стали заниматься спортом и уделять максимум внимания своему физическому развитию. Появился совсем другой эталон женской красоты – загар, хорошо развитая мышечная система, самоуверенность и самодостаточность.

Женщины твердо идут по выбранному ими пути. Сначала появляется бюстгальтер, который поддерживает грудь, но, в отличие от корсета, не сдавливает талию. Становятся короче юбки, которые открывают стройные ноги. Подчеркиваются линии ягодиц и бедер. Благосклонно воспринимаются и худышки и полненькие. Однако уже есть тенденция к сохранению стройности.

Через полстолетия в моду входит не просто стройность, а настоящая худоба. В шестидесятых годах начинается «синдром Твигги». Он назван по имени первой супермодели. При росте 169 сантиметров она весила около 48 килограммов, а ее пропорции могут удивить даже современных женщин – 80-55-80.

Эта женщина, вернее, подросток, стала кумиром практически всей слабой половины Европы. В моду вошли мальчишеская угловатость, острые лопатки, костлявые коленки и тоненькие ноги. Миллионы женщин и девушек стали мечтать о такой же фигуре, как у Твигги. В ход пошли жесткие диеты, голодовки и занятия спортом вплоть до изнеможения.

Так продолжалось до конца семидесятых годов. Именно тогда появилось учение о здоровом образе жизни и стали разрабатываться сбалансированные диеты.
«Женственность + фитнес» – вот девиз наших дней. Но никто не знает, что случится через несколько лет. Вполне возможно, стандарт женской красоты опять изменится, как это происходило уже много раз.

Один комментарий к заметке 'Как изменялись идеалы женской красоты'

Подпишитесь на коментарии RSS

  1. Liloo написал,

    30 June, 2007 в 18:35

    А я вот хоть и являюсь самостоятельной личностью, но в глубине души я жутко хочу быть хрупкой…